/ 18+
16:31, 08.11.2010 / 12 комментариев
Рубрики: Гинекология

Почему депутаты ГД провоцируют криминальные аборты

Государственная дума решила внести поправки в «Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан» и в Уголовный кодекс и изменить наказание за незаконный (криминальный) аборт. Что такое криминальный аборт, почему и как с ним следует бороться, «Доктор Питер» попытался разобраться с помощью доктора медицинских наук, главного врача центра репродуктивного здоровья подростков «Ювента» Павла КРОТИНА.

Почему депутаты ГД провоцируют криминальные аборты
Фото: фото с forum.myjane.ru

- Павел Наумович, сколько криминальных абортов проводится в Петербурге?

- За последние 17 лет в городе среди девочек в возрасте до 18 лет не было ни одного криминального аборта. Среди взрослых – точных данных у меня нет, но если это и происходит, то в единичных случаях. Платная медицина в этом смысле сделала большое дело – именно она в начале 1990-х избавила нас от криминальных абортов. Но бороться с ними, безусловно, важно: медицинская статистика говорит о том, что по России их делается очень много.

- А откуда сведения о том, что у нас нет проблемы с криминальными абортами?

- Они ведь, как правило, заканчиваются плачевно – женщины попадают по «скорой» в стационар чаще всего с тяжелым сепсисом, приводящим к удалению матки. И каждый такой случай фиксируется медицинской статистикой.

- Что такое вообще «криминальный аборт»? И почему, например, инициатор поправок в законодательство депутат ГД Татьяна Яковлева утверждает, что «на подпольные операции прерывания беременности идут в основном подростки»?

- Сейчас по закону криминальным считается аборт, проведенный вне стен медицинского учреждения, человеком, не имеющим медицинского образования. А Яковлева, говоря о подростках, имела в виду, вероятно, статистику в мире  и в России. По данным Роскомстата 92,5% беременностей у 14-летних и 55,5 % - у 15-19-летних в России завершаются абортом. Доля подростков среди всех женщин, сделавших аборты, составляет 10,2%, среди решившихся на криминальное прерывание беременности – 12,3%.

- Почему в Петербурге их нет?

- Востребованность криминального аборта появляется в условиях недоступности медицинской помощи и недостатка информации, а в этом плане в Петербурге сделано очень много. Зачем нашим девушкам искать какие-то окольные пути, если есть возможность получить бесплатно медицинскую помощь? При этом их не осудят, постараются понять, помогут задуматься о последствиях и отправят на курс психологической реабилитации после аборта, они получат все необходимые знания о контрацепции и средства для нее (таблетки, презервативы) тоже бесплатно.

- То есть вы считаете, что главные способы борьбы с криминальным абортом это доступность медицинской помощи и информированность? А что предлагают депутаты ГД?

- Главное в борьбе с любыми абортами, как законными, так и криминальными – это контрацепция. Она должна быть максимально доступной и массовой, и тогда абортов станет значительно меньше и они будут максимально безопасными. А в Думе сегодня звучат самые разные предложения - от запрета абортов вообще до прекращения их финансирования из фонда ОМС. Предлагают ввести различные ограничения, например, разрешение мужа на аборт и даже запрет контрацепции. Один из депутатов, отстаивающих это предложение, имеет троих детей за 18 лет брака и утверждает, что не приемлет контрацепцию. Но так и не смог ответить на мой вопрос: «Как вы живете, если контрацепцию не приемлете, аборты не делаете? Не живете половой жизнью?».

Любые запреты и ограничения приведут не к сокращению числа абортов, а как раз к тому, против чего все это затеяно, – к всплеску криминальных абортов. Наша страна это уже проходила в сталинские времена, когда смертность женщин от криминальных абортов была очень высокой, и именно поэтому запрет на них был отменен.

- Какие изменения предлагаются в отношении несовершеннолетних?

Юные жители Петербурга, независимо от пола, в возрасте до 18 лет, а также старшего возраста - студенты высших и средних учебных заведений могут получить в «Ювенте» презервативы бесплатно после консультации в кабинете планирования семьи или у специалиста.

- Например, необходимость разрешения на аборт от родителей для девочек от 15 до 18 лет. Сейчас по закону девочка старше 15 лет имеет право самостоятельно принимать решение об аборте. Я не считаю, что это идеальный вариант, мы всегда рекомендуем привлечь в советники или союзники маму. Но, к сожалению, в таких случаях чаще именно мама становится инициатором аборта, мол, девочке рано рожать. Если это предложение примут, появится почва если не для криминальных абортов, то для каких-то нечестных схем их проведения.

До 1993 года аборты по решению самой девочки разрешались только от 18 лет, те, кому нет 18, могли обращаться к нам с письменным разрешением от мамы и папы. И у нас в то время было 200-300 абортов в год. Когда в 1993 году вышел новый закон, и мы начали принимать с 15 лет без разрешения пап и мам, число абортов сразу выросло до 2000 в год. А где были эти 1700? Хорошо, если уходили в частные структуры, которые за деньги закрывали глаза на данные паспорта, а не в подпольные абортарии.

- Во все времена были попытки избавиться от плода, так сказать, своими силами: выпить водки и залезть в ванну или шкаф поднять. И родились они как раз в те времена, когда криминальные аборты в стране процветали, а легендарной больницы на Комсомола женщины боялись, как огня…

По данным ВОЗ, от 6 до 46% зарегистрированных случаев материнской смертности обусловлены осложнениями всех типов аборта. Причем ежегодно в мире из-за непрофессиональных абортов погибают более 70 тысяч женщин. Число абортов, сделанных не медицинскими работниками, составляет почти 20 миллионов в год. Большая часть опасных вмешательств проводится в развивающихся странах.

- В 1980-х годах просто катастрофой для гинекологов были попытки избавления от плода введением в матку водки с мылом – мы едва успевали женщин спасать, развивался некроз тканей. В городской гинекологический септический центр, который находился в больнице Мечникова, каждый день поступали по 2-5 женщин с такими «доврачебными вмешательствами» и после криминальных абортов. Что мы только не вынимали из маток, даже алюминиевые вилки. Бывало, и не спасали, но матку приходилось удалять практически всегда. Тогда делали криминальные аборты по нескольким причинам. Во-первых, незамужней женщине делать аборт считалось позорным, ей вообще не полагалось жить половой жизнью. Во-вторых, разрешалось выполнять не больше двух абортов в год, если получалось больше, направление на аборт не давали, приходилось искать альтернативу. В-третьих, на сроке больше 12 недель получить направление на аборт было сложно. И было совершенно необъяснимое явление: женщины при муже и при детях на нормальном сроке шли не в клинику, а в подпольный абортарий. Был у нас даже инженер, который прокалывал пузырь и говорил: «Вызывайте «Скорую» и говорите, что отходят воды». Но в основном криминальные аборты делали врачи. А сегодня им вовсе не нужно рисковать здоровьем пациенток и свободой, если аборт можно сделать в условиях приличной клиники и так же получить за это деньги.

- Насколько часто приходится сталкиваться врачам с доврачебным вмешательством сегодня?

- Удивительно, но эти советы «поднять шкаф», очень живучи, несмотря на свою в лучшем случае бесполезность, в худшем - непоправимый вред для здоровья. Но ими пользуется старшее поколение, молодежи, к счастью, они не интересны. Мы видим, что девочки все-таки заботятся о своем здоровье и стараются как можно раньше обратиться к врачу: если в прошлом году у нас треть абортов были медикаментозными, то в этом уже половина. Да и абортов стало намного меньше. Когда мы начинали, почти 18 лет назад, у нас было 20 абортных коек, меньше 15 пациенток в день не поступало, а сейчас 2-3 аборта в день, из них как минимум один медикаментозный. Если в прошлом году мы сделали 570 абортов, то в этом, наверное, будет еще меньше: за полгода – около 200.

- Почему вы думаете, что если в «Ювенте» делают меньше абортов, значит, их действительно стало меньше. Есть же коммерческие клиники?

- Юные все-таки идут в основном к нам. В прошлом году в городе зарегистрировано 624 аборта у несовершеннолетних. Из них – 18 самопроизвольных, 570 – сделаны в «Ювенте», и всего чуть больше 30 человек прервали беременность не у нас.

- Законодатели предлагают квалифицировать как криминальное прерывание беременности на поздних сроках без медицинских и социальных показаний.

В соответствии с законодательством РФ, аборт по требованию женщины может проводиться на сроке беременности, до 12 недель. На более поздних сроках прерывание беременности возможно только по социальным и медицинским показаниям. Проведение аборта человеком, не имеющим медицинского образования, карается штрафом до 80 тысяч рублей, обязательными или исправительными работами. Если криминальный аборт повлек причинение тяжкого вреда здоровью или смерть, это преступление карается лишением свободы на срок до пяти лет.

- В 2003 году законодатели сократили перечень социальных показаний для проведения аборта на поздних сроках (было до 28 недель, сейчас - до 22) до минимума. Если прежде женщина могла прервать беременность из-за отсутствия средств к существованию (безработная), жилья и так далее, то сегодня в этом перечне осталось всего 4 пункта: решение суда о лишении или об ограничении родительских прав; беременность в результате изнасилования; пребывание женщины в местах лишения свободы; наличие инвалидности I-II группы у мужа или смерть мужа во время беременности. Что касается медицинских показаний, то они изначально были такими, что женщина должна быть как минимум инвалидом первой группы. Единственный пункт, по которому врачи могли проводить прерывание беременности на поздних сроках, - физиологическая незрелость. И наши девочки до 18 лет считались физиологически незрелыми и проблем, как и криминальных абортов, не было – по этому показанию мы делали до 18 лет аборты по желанию до 22 недель. Но три года назад Минздрав признал девочек с 15 лет дееспособными, то есть по показанию «физиологическая незрелость» мы можем прервать беременность на сроке до 22 недель только тем, кому еще не исполнилось 15 лет.  Парадокс: по мнению министерства здравоохранения девочка в 15 лет имеет право рожать и не имеет право прервать беременность без очень веских не то причин. А по мнению прокуратуры она не имеет права жить половой жизнью (сожительство с лицом, не достигшим 16 лет уголовно наказуемо).

К счастью информированность молодежи стала намного выше, поэтому в Петербурге прерываний беременности на 22-й неделе беременности – не больше 30 случаев.

- Но почему у нас срок ограничен 12 неделями и вместо того, чтобы сделать аборт на 16 или даже 18 неделях, как в Швеции, надо ждать до 22?

- Так установлено законодательством. Хотя, действительно, лучше сделать аборт на 13-15 неделях, если у врача хватает мастерства, чем ждать еще 4 недели и делать искусственные роды, еще более вредные для организма, чем аборт.

- И с сегодняшними правилами в большинстве частных клиник умеют выйти из положения. Что будет, если появятся дополнительные ограничения?

- Вообще, то, что происходит сегодня, в определенных случаях действительно можно квалифицировать, как преступление. Я не имею в виду ситуации, при которых женщина поздно обратилась к врачу по каким-то причинам, и умный врач вместо 13 написал в карточке 12 недель. Речь идет о ситуациях, когда, скажем, у здорового плода 22-недельного плода на УЗИ вдруг обнаруживаются патологии, несовместимые с жизнью. Или психиатр «рисует» диагноз «острое реактивное состояние» - попытка суицида. И с появлением новых ограничений это никуда не денется, наоборот, разрастется: кто хочет, тот всегда найдет пути, по которым можно организовать прерывание беременности на позднем сроке.

- Но даже сегодня в клиниках делать аборт небезопасно. Женщины умирают, как это произошло в Москве в клинике «Гемотест» и «Инвест-альянс»?

- Это уголовные преступления. Сегодня умереть от аборта, выполненного с соблюдением всех предосторожностей, невозможно. Скорее всего, клиника не была оборудована для проведения абортов. Да, никто не застрахован от осложнений. Возможна перфорация матки – ее можно случайно проткнуть инструментом, но хирург должен это заметить и тут же зашить ее. Да, может открыться тяжелое кровотечение – но мы живем уже в 21-м веке и в клинике должно быть все для его остановки. Самые страшные осложнение от анестезии – остановка дыхания и анафилактический шок. И нужно иметь все для их предотвращения. А я недавно побывал в клинике, у которой даже анафилактического набора нет, а ведь анафилактическая реакция может быть на что угодно, даже на физраствор, учитывая, что наши пациентки сообщают о себе отнюдь не всю информацию. Там нет даже дефибриллятора, если  понадобится запускать сердце, что делать? Но это задача контролирующих органов – проверять подобные учреждения и лишать их лицензии на медицинскую деятельность.

- Все-таки обидно осознавать, что проблема криминальных абортов – проблема развивающихся стран Азии и Африки, и Россия – среди них…

- Потому что в этих странах нет ни полового просвещения, ни пропаганды контрацепции. Чтобы не было абортов, надо воспитывать женщин, чтобы они заботились о своем репродуктивном здоровье. Конечно, учитывая современные представления о репродуктивных правах, женщина имеет право на выбор и на ошибку. Например, в Финляндии один аборт в жизни женщины допускается, считается естественной ошибкой: мужчина бросил, карьера рушится, другие причины. Лучше, конечно, чтобы перед ним были роды. Но, как говорят финны, существует определенный процент глупых женщин, которые не понимают тяжести и последствий аборта и делают его дважды. И третья категория женщин - русские, проживающие в Финляндии. Причем все они делают три аборта, потому что написать в медицинской карте больше трех неприлично.

Отношение в обществе к беременности и половой жизни влияет на раннюю сексуальность и криминальность. Когда в финском или голландском обществе признается право молодежи на сексуальные отношения и от родителей требуется обеспечить ее контрацептивами и информацией о безопасности сексуальных отношений, средний возраст вступления в сексуальные отношения у них – 17, а по некоторым данным 17,5 лет. А у нас – 15,5. При этом оральные контрацептивы молодежь не любит, потому что регулярной половой жизни у них нет, а на презервативах экономит и родители покупать их не торопятся.

- Но если родители не верят в то, что у их детей в 15 лет могут появиться сексуальные отношения, то как они воспримут беременность? Значит, если будет принято предложение об изменении в законе возраста, с которого девочки могут без разрешения родителей обращаться за медицинской помощью по поводу аборта, им придется искать другие способы?

Сегодня в России 10% от всех абортов в стране делают девушки в возрасте до 18 лет, 35% из них прерывают беременность дважды или трижды. В Петербурге 2,78% абортов делают несовершеннолетние, из них повторно – 11%. 13% процентов несовершеннолетних матерей в России отказываются от ребенка в роддоме, в Петербурге - 0,15%.

- Сегодня 15-18-летняя девушка подписывает информированное согласие на аборт и он проводится конфиденциально: мы имеем право не сообщать ее родителям и в любом случае конфиденциальность соблюдается – закон о врачебной тайне никто не отменял. До 15 лет мы не имеем права даже провести гинекологический осмотр без мамы или папы, или официального опекуна. Если эти нормы изменятся, как раз и появятся условия для криминальных абортов. Это очень опасно. В России всего 31,1 млн детей, из них 15,5 девочек. Среди женщин репродуктивного возраста 15-18-летних – всего 8,16 %. По заключению экспертов ВОЗ, если эта цифра меньше 15 процентов, то в стране – демографическая катастрофа. Значит, об их репродуктивном здоровье надо беспокоиться в первую очередь. А мы, как всегда, идем своим путем.

- Сколько стоит аборт в Петербурге?

- Ну во-первых, аборт можно сделать бесплатно - эта операция оплачивается ОМС. На хозрасчетных основаниях цена колеблется от 3 до 12 тысяч рублей. К сожалению медикаментозный аборт, наиболее безопасный, страховые компании не оплачивают. 

- Насколько опасна собственно операция по прерыванию беременности?

- Словосочетания «безопасный аборт» не существует. Любой аборт опасен и чреват осложнениями. Самое распространенное из них – воспаление. Его можно предотвратить, предварительно проведя курс лечения до аборта и санацию – обработку влагалища специальными препаратами. Велик риск проткнуть матку во время операции: травмированную область ушивают, но это уже рубец на матке - серьезное повреждение. Искусственное прерывание беременности не может не сказаться на всех органах и системах, регулирующих менструальную функцию: может нарушиться цикл, ухудшиться работа яичников. Но самое главное последствие - это бесплодие. В 20 процентах случаев его причины науке непонятны. Единственное объяснение им - аборт, причем часто даже неосложненный. В организме женщины происходят какие-то поломки, из-за которых она уже не может зачать и выносить ребенка.

Ирина Багликова

© Доктор Питер


Ссылка на полную версию материала: https://doctorpiter.ru/articles/355/